Пылающая гора. Часть 1 - Татьяна Милях

– Я не знаю, как благодарить тебя, Луиза, – прошептала девушка, увидев себя в зеркале, и улыбнувшись, добавила, – Ты сделала мне бесподобный подарок!

Луизе и не надо было другой благодарности, кроме счастья на лице подруги. Зная вкус Шарлотты, она была уверенна, что именно такой покрой ей понравится и подойдёт, и не ошиблась и от души радовалась, что угодила. Закончив заниматься нарядами, девушки разместились в креслах, где недавно Луиза разговаривала с Анри, и принялись болтать, рассказывая друг другу новости: кто из монастырских подруг вышел замуж, кто помолвлен, кто только выбирает, кто уже обзавёлся детьми, кто отправился в путешествие или начал строить новый дом. О чём могут болтать девчонки? Обсудили они и кого из знакомых ожидают в замке де Круа на предстоящем балу. Но Шарлотта неожиданно вспомнила о своём злоключении, в лесу и Луиза, узнав о происшествии искренне запереживала, подруга же могла утонуть не подоспей дядюшка Пьер вовремя! А дослушав до места, где незнакомец разглядывал её ноги, девушка только ахнула.

– Да, очень неприятная история. Хорошо, ещё он не знает, кто ты, – согласилась Луиза, но подруга не была бы собой, если бы не спросила, – А как он выглядел? Он был хорош собой?

Шарлотта рассердилась:

– Он был нахал! – возмущённо ответила она.

– Но и нахалы бывают разные: бывают красивые, а бывают не очень – не унималась Луиза и лукаво улыбнулась.

Подруга задумалась, вспоминая незнакомца:

– Он не юноша, а взрослый мужчина.

– И это всё? – разочарованно проговорила подруга.

Шарлота ещё подумала и ответила:

– Высокий, отлично сложен, в нём чувствуется сила и уверенность, – она уже могла более спокойно думать о незнакомце, и, вспоминая, как он выглядел, была вынуждена признать, – Да, он, красив. И очень хорошо держится в седле, – отметила девушка, – но глаза у него наглые! – резко добавила она и возмутилась, – Луиза я хочу скорее забыть его, а ты меня дразнишь, – обиделась Шарлотта.

Удовлетворив своё любопытство, Луиза решила далее не тревожить подругу расспросами, подумав, что скорее всего они с этим мужчиной больше никогда не встретятся, да и слава богу. Вскоре подружек позвали на ужин, и они спустились в столовую.

Столовая представляла собой просторный зал, который сохранили в средневековом стиле, оставив нетронутыми старинные гобелены на стенах. Колоны украшала искусная резьба по камню, а пол выложенный элементами мозаики, сиял, отполированный за несколько столетий ногами людей. В зале находился огромный камин с настолько широким дымовым колпаком, что под ним можно было стоять и греться в полный рост. Отсюда и пошло выражение «под колпаком», означающее, что кто-то тайно за кем-то подсматривает. Посередине зала стоял массивный стол, вокруг которого расположились такие же тяжёлые стулья. Девушки зашли в столовую, за столом уже восседали, отец и мать Луизы, а также кузен Луи де Круа, с женой и нянька с малышом Луи.

Шарлотта опустилась в реверансе, приветствуя, родителей подруги и Луиза представила девушку близким. Отец с матерью, конечно, были предупреждены о визите Шарлотты де Шомон д Амбуаз, дочь сообщила им о прибытии столь знатной гостьи и они, увидев девушку, приветливо улыбнулись. Шарлотта до этого видела родителей Луизы только мельком, когда они приезжали за дочерью в монастырь, и теперь девушка смогла разглядеть их получше. Отец – статный седовласый мужчина, отличался правильными чертами лица и твердым волевым взглядом, говорящем, что этот человек, не привык что бы ему перечили. Мать, напротив, казалась мягкой и доброй женщиной, с чуть располневшей фигурой, что бывает с возрастом, но сохранившей прекрасные пропорции. Она и в свои годы выглядела очень женственной. Добрые серые глаза, небольшой прямой нос, чувственные губы, время не портило женщину и сохранило изысканную красоту, а седые пряди волос, только добавляли ей элегантности и благородства. Генрих де Круа, поприветствовал гостью:

– Мы очень рады видеть вас, миледи4. Вы очень похожи на свою бабушку. Она тоже была красавицей в молодости, – сделал он одновременно комплимент и Шарлотте и заочно герцогине.

– Спасибо маркиз, – скромно потупилась девушка.

Подруги заняли свои места, и отец поинтересовался у матери:

– А где Анри? Он, что не желает с нами сидеть за одним столом? – возмутился он.

– Слуга доложил, что он спит. Мальчик устал с дороги, – ласково пояснила Мария.

– Ма-а-альчик, – передразнил, маркиз супругу. – Сколько он ещё будет оставаться этим мальчиком? – недовольно нахмурился Генрих.

– Ну, я надеюсь, что уже совсем не долго, – улыбнувшись и примирительно взглянув на мужа, ответила женщина, намекая на условия, которые предъявил сыну маркиз.

– И я на это надеюсь! – уже довольным голосом ответил Генрих, продолжая праздновать свою победу, и уже обращаясь к Шарлотте, произнёс, – Простите, миледи, – извинился он, за своё ворчание при посторонних.

Все приступили к еде, и Мария де Круа нарушив сковывающую тишину, завела обычную светскую беседу:

– Шарлота, как здоровье герцогини? – поинтересовалась она.

– Спасибо, хорошо, – вежливо ответила девушка, но тут в разговор вступил маркиз.

– Какой урожай винограда вы собрали в прошлом году? – спросил он.

– Генрих, откуда молодой девушке знать такие вещи? – пристыдила супруга жена.

– Не беспокойтесь, миледи. Я в курсе всех дел в поместье, – ответила Шарлотта, – Мне приходится помогать бабушке вести бухгалтерию. Она считает, такой опыт пригодиться в жизни. – пояснила девушка и ответила маркизу, – Урожай был хорошим, милорд. И в этом году плантации обещают дать много винограда, если год окажется благоприятным, и крестьяне уже провели все необходимые работы, теперь дело только за погодой.

Отец удовлетворённо улыбнулся, выслушав ответ, довольный тем, что с девушкой можно вести серьёзный разговор, а не слушать трескотню о нарядах и прочей женской чепухе. Они обсудили с Шарлоттой вопросы разведения овец и поговорили о проблемах с болезнью свиней в конце зимы, не забыли вспомнить о запасах хлеба, хватит ли его до новой жатвы. Мать Луизы некоторое время слушала беседу, пока не перебила мужа и не перевела разговор на более девичьи темы. Она знала, когда Генрих начинал говорить о делах, это могло длиться вечно. Тем временем ужин подходил к концу, и принесли десерт. Маркиз знаком показал, разжечь камин. Слуги быстро исполнили его немой приказ и поставили кресло возле огня. У отца в последнее время часто болели ноги, и он собирался, как он выражался «погреть кости».

Солнце опускалось к горизонту и в замке становилось темно. Разожгли свечи, и тёплый приглушённый свет озарил столовую. После десерта семейство переместилось к камину. Генрих де Круа расположился в своём любимом кресле, для женщин подвинули стулья, но девушки уселись на шкуру кабана, лежащую на каменном полу, желая находиться поближе к огню, и они продолжили разговор. Только племянник маркиза извинился, что у супруги разболелась голова, и родственники удалились, правда никто особо не расстроился по этому поводу. Маленького Луи нянька так же унесла в его комнату, малыш устал и начал капризничать, ему пора было ложиться спать.

Беседа приобрела неформальный оттенок, стала более доверительной и перешла в стадию воспоминаний. Маркиз, не смотря на свою внешнюю суровость, оказался очень интересным и остроумным рассказчиком и прекрасным собеседником. Он красочно описывал случаи из своей жизни, порой подтрунивая над собой и супругой. Женщина не уступала, и тоже припоминала курьёзные происшествия, происходившие с мужем. Девушки не отставали и делились своими проделками, которые они устраивали на учёбе в монастыре, а порой и дома. Собравшиеся у камина люди смеялись и шутили, заново переживая занимательные мгновения из жизни и ощущали удивительное тепло от душевного общения. Огонь камина отражался неровными приветливыми бликами на их лицах, и прыгая весёлыми искорками в глазах, добавлял вечеру сердечной искренности и необыкновенного умиротворения. Шарлотта смотрела на родителей подруги и ощущая их доброту и радушие, чувствовала себя по-домашнему уютно в этом доме и, вспомнила, как и она была так же счастлива, когда мама с папой были ещё живы. Тень грусти отразилась в её глазах, и Мария поймав задумчивый взгляд девушки, догадалась о причине её печали. Сердце матери почувствовала тоску и одиночество сироты, и женщине стало невыносимо жалко бедняжку. Она с нежностью посмотрела на Шарлотту и понимающе и нежно погладила по руке. Девушка ответила ей благодарным взглядом и улыбнулась.

Маркиз де Круа между тем взялся вспоминать о сражениях, в которых ему пришлось участвовать. Мужчины обожают рассказывать о своих боевых подвигах. Мария видела, насколько доволен муж, нашедший в лице подруг благодарных слушателей. Супруга эти истории слышала неоднократно, и уже сама могла бы слово в слово их пересказать, а потому, наблюдая, как её Генрих «распушил перья», про себя только снисходительно усмехалась. Девушки слушали маркиза, буквально открыв рот, заинтересовано задавая вопросы, и удивлённо ахая, чем ещё больше вдохновляли пожилого мужчину похвастаться своей отвагой. Время за разговором пролетело незаметно, наступила ночь, и пришла пора расходиться и ложиться спать, тем более, завтра всех ожидал длинный день, бал мог закончиться далеко за полночь, и хозяевам требовалось хорошенько отдохнуть перед встречей гостей. Девушки направились по своим комнатам, поблагодарив за замечательный вечер, а маркиза налила в бокалы вино, предполагая, что муж после долгого разговора, захочет промочить горло. Мария проводила дочь и гостью тёплым взглядом и устроилась на стуле возле мужа: